a64408b1 строительство домов

Биргер Алексей - Тайна Взорванного Монастыря



АЛЕКСЕЙ БИРГЕР
ТАЙНА ВЗОРВАННОГО МОНАСТЫРЯ
ГЛАВА ПЕРВАЯ
ВОР, КОТОРЫЙ НЕ ВОР
- Ух ты! - заорал вдруг Ванька, подскочив на кровати чуть не до
потолка. - Вот это да! Как же я раньше этого не замечал?
Наверно, надо сразу пояснить для тех, кто не читал о наших предыдущих
приключениях, что Ванька - это мой младший братец, а меня зовут Борис
Болдин, и вся наша семья - я, Ванька, папа, мама, кавказский овчар Топа
(полностью - Генерал Топтыгин) и сорока Брюс Уиллис (которого членом нашей
семьи можно считать только условно, потому что он вечно пропадает невесть
где) живет на северо-западе России, в краю озер, через который проходит
система Волго-Балта, к Санкт-Петербургу на север и к Рыбинскому морю на юг,
и дом наш (огромный и красивый старинный дом, весь покрытый прихотливой
деревянной резьбой) стоит на острове Соленый Скит, в одном из этих озер. С
одной стороны остров глядит на Город, а с другой - на заповедник, которым
заведует отец, один из крупнейших заповедников в европейской части России.
То есть, отец получается полным хозяином огромной местности, и к нему
относятся с уважением и почтением даже всякие министры и банкиры из Москвы,
приезжающие отдохнуть в гостевых комплексах заповедника, а уж о том, каким
авторитетом он пользуется у всех местных жителей, на пятьдесят километров
вокруг, и говорить не приходится. Даже Степанов, крупнейший местный мафиози
и владелец чуть ли не половины города - старинных торговых рядов,
переоборудованных им в комфортабельный рынок, гостиницы "Княжеская" (бывшей
"Интурист"), одной из местных газет, завода ртутных ламп,
электроинструментального завода и... Впрочем, ладно, Степанов - это совсем
другая история, и я расскажу о нем при более удобном случае.
А пока продолжу. Дело было на выходной, в самом начале зимы, которая
наступила на удивление быстро. Практически сразу же после нашего последнего
приключения, о котором я рассказывал и которое назвал "Тайна острова
Буяна". Кто помнит, во время этого приключения мы угодили в снежный буран,
сменившийся грозой, а потом опять снежным бураном - редчайшее явление,
подобное которому произошло лишь в тысяча шестьсот каком-то году, и мы,
конечно, были в полном восторге, что нам довелось увидеть такое чудо. А
после снежного бурана тепло так и не вернулось, и лед установился очень
быстро, и мы теперь не ездили в нашу школу в Городе на пароходике, типа
паромчика ("трамвайчике", как его называют местные жители), а бегали в неё
пешком через лед.
Так вот, был выходной, ещё утро, и ближе к обеду мы собирались
прошвырнуться на другой конец острова, навестить смотрителя маяка, который
с концом навигации совсем заскучал, а заодно и Топу выгулять, но сейчас,
после позднего завтрака, мы сидели дома. Так приятно было ничего не делать
после целой недели беготни. Ванька валялся на кровати и в очередной раз
перечитывал "Хоббита", а я (тут дело не обошлось без язвительных
комментариев Ваньки) устроился перечитать первую из моих вышедших книжек,
"Тайну неудачного выстрела". Очень приятно, знаете, перечитывать самого
себя, особенно когда перечитываешь себя в виде красивой книги, изданной
крупным московским издательством. Ну, Ванька, естественно не упустил случая
подразниться. А потом взял своего любимого "Хоббита" и устроился
перечитывать - и читал, пока (с чего я и начал рассказ) не подскочил с
диким воплем, совершенно меня ошеломив.
- Ты что? - спросил я. - Спятил?
- Да ты только погляди! - Ванька был вне себя от возбуждения. - Как
фам



Назад