a64408b1 строительство домов

Биргер Алексей - Тайна Волжской Атлантиды



Алексей БИРГЕР
ТАЙНА ВОЛЖСКОЙ АТЛАНТИДЫ
ПРЕДИСЛОВИЕ
Начав рассказывать эту удивительную историю про то, с чем нам довелось
столкнуться в конце летних каникул, я обнаружил, что её не рассказать, не
рассказав и о многом другом. Наши приключения во время похода на яхте
"телевизионщиков" к затопленному при создании Рыбинского моря городу,
столице древнего княжества, наши исследования этого города и столкновение
со зловещими аквалангистами, тесно переплелись (для меня, во всяком случае)
со множеством других историй, без которых эта выглядела бы не совсем
полной. Так и попало в неё многое - от преданий далекого прошлого до
некоторых домашних событий - не связанное, вроде бы напрямую с нашим
отплытием и с тем, что произошло потом, но сыгравшее, на самом деле, свою
важную роль. И не было бы, как мне кажется, многих головокружительных
поворотов, если бы не было всего того, что, так сказать, сопровождало нас
не только по течению рек и каналов, но и по течению жизни. Впрочем, об этом
вам судить.
Кроме того, я не мог не рассказать о замечательном кузнеце,
фантастическом мастере своего дела, и не задержаться подробнее на его
работе и нем самом, хотя он сыграл в наших приключениях и не такую важную
роль. С другой стороны, эту роль можно назвать ключевой...
Впрочем, обо всем по порядку.
ГЛАВА ПЕРВАЯ
С ЧЕГО ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ
- Ну!.. - Сергей поправил акваланг, ещё раз проверил все ремни своей
амуниции для подводного плавания, взвесил в руках видеокамеру, которая была
заключена в водонепроницаемый корпус и снабжена специальными линзами для
подводной съемки, и поглядел на нас. - Вперед, и горе Годунову!.. Ура!..
Алик, ты готов?
Алик, который отвечал за все техническое и материальное обеспечение
работы Сергея и Павла, коротко кивнул.
- Готов. Можно погружаться.
Алик должен был подстраховывать Сергея во время первого погружения и
первой подводной съемки.
- Благословясь, ребята! - сказал Павел. - Ни пуха вам, ни пера!
- К черту! - ответил Сергей, принимаясь осторожно спускаться в воду с
палубы яхты.
Алик нырнул одновременно с ним, пузырьки появились на поверхности
воды, потом темные силуэты аквалангистов заскользили на все большей и
большей глубине, потом по поверхности воды пробежала поднятая легким
ветерком рябь, да к тому же ещё заискрилась на солнце - мелкими такими
золотыми брызгами - и ничего не стало видно сквозь это отсверкивающее
золотом покрывало. Если буквально за минуту действительно можно было
различить сквозь многометровый слой воды улицы схороненного под водой
города, стены и крыши домов, пожарную каланчу и небольшую изящную церковь
(а Ванька уверял, что различает даже вывеску какого-то магазина и
застекленную витрину), то теперь игра солнечного света и тени на чуть
взволнованной голубой воде, тянувшейся до горизонта почти во все стороны,
лишь к западу и югу можно было различить смутные, подернутые дымкой жары
полоски берегов, скрыла от нас все. Нам оставалось только ждать.
И мы стали ждать, усевшись на прогретой солнцем палубе...
Но тут надо бы объяснить, как это мы - я, Борис Болдин, мой младший
брат Ванька и наша подруга Фаина Егорова, которую все называли Фантик
(Фантику было одиннадцать лет, то есть, она была на год младше меня и на
два года старше Ваньки) оказались на борту яхты, отдавшей якорь в Рыбинском
море, довольно далеко от наших родных мест.
Яхта принадлежала трем "телевизионщикам", как мы их называли: Сергею
Листякову, Павлу Хрумову и Алику Акопову. Они работали на питерском



Назад