a64408b1

Биргер Алексей - Нож Великого Летчика (Седой И 'три Ботфорта' - 1)



АЛЕКСЕЙ БИРГЕР
НОЖ ВЕЛИКОГО ЛЕТЧИКА
( ПЕРВАЯ ПОВЕСТЬ ЦИКЛА "СЕДОЙ И ТРИ БОТФОРТА")
ПРОЛОГ
Привет вам, друзья!
Это опять я, Борис Болдин. Только на этот раз я буду вам рассказывать
не о себе, не о моем младшем брате Ваньке и не о нашей подруге Фантике, а о
моем отце, Леониде Семеновиче Болдине. То есть, о тех временах, когда он
был просто Ленькой Болдиным, и лет ему было приблизительно столько же,
сколько мне сейчас. Он рассказал нам такую историю - такую историю! -
которую, я решил, непременно надо записать. Конечно, это тайна, которую до
поры, до времени знать никому не полагалось, даже нам, но теперь, когда
прошло столько лет, можно, мне кажется, и вам её поведать. А если отец
скажет, что нет, и сейчас ещё не время - что ж, уберу все это в стол, и
пусть лежит. Главное, чтобы все это было записано.
Впрочем, обо всем по порядку.
Как вы знаете, наш с Ванькой отец - начальник крупнейшего на
северо-западе России заповедника, но сам он родом из Москвы. В Москве до
сих пор живет и его младшая сестра Евгения Семеновна - наша тетя Женя. У
нас много лет не получалось поехать в Москву, но тут, на весенние каникулы,
наконец получилось. Мы остановились у тети Жени, и гуляли круглыми днями,
ходили по всем самым красивым улицам, по самым интересным местам и музеям,
и вот однажды отец повел нас за Таганку, к Андроникову монастырю и дальше
вверх по набережной Яузы. Мы шли по довольно старым заводским районам, в
которых есть своя невообразимая прелесть. Все эти ограды, кирпичные стены
корпусов, украшенные странными вензелями и лепниной, неожиданно возникающие
между заводами особняки с колоннами - след тех времен, когда эти места были
ещё не Москвой, а Подмосковьем, и здесь находились небольшие (а порой и
большие) усадьбы - и пяти - и семиэтажные желтоватые дома постройки
тридцатых-сороковых годов (двадцатого века, я имею в виду), между которыми
возникают дворы и извилистые переулки, все это совершенно особенное, чего
нигде больше не увидишь. Как раз в этом районе прошло детство отца, поэтому
он отлично тут все знал и много рассказывал нам по пути. После довольно
длинной прогулки, мы даже завернули в небольшое кафе, чтобы передохнуть и
перекусить, мы дошли до улицы Госпитальный Вал. Там отец подвел нас к
длиннющему пятиэтажному дому, стоявшему буквой "П". Внутри этой буквы
образовывался большой двор, отгороженный от улицы металлической оградой.
- Надо же... - отец покачал головой. - Металлическую ограду поставили.
И беседку во дворе снесли. А так, все почти то же самое, что и прежде.
- В этом доме жил кто-то из твоих друзей? - спросил Ванька.
- В этом доме, - ответил отец, - жила одна из самых интересных и
удивительных женщин, которых я когда-либо встречал в моей жизни.
- Что за женщина? - тут же спросила мама.
- Не волнуйся! - рассмеялся отец. - Мне тогда было тринадцать лет, а
ей - семьдесят пять, если не ошибаюсь. Точней, их было двое - две подруги,
две старухи с просто фантастической судьбой. Если я расскажу вам, при каких
обстоятельствах я с ними познакомился, и какие приключения мне довелось
пережить из-за этого знакомства - вы закачаетесь!
- Приключения? - тут же заинтересовался я.
- Ну да, - кивнул отец. - Не у вас одних были в жизни детективные
расследования. Нам с Юркой и Димкой пришлось расследовать такое!..
- Расскажи! - сразу попросили мы, и мама присоединилась к нашей
просьбе.
- Ладно, дома расскажу, - пообещал отец. - А пока давайте взглянем на
бывшие окна двух моих приятельниц, Мадлен



Назад