a64408b1

Биленкин Дмитрий Александрович - Создан, Чтобы Летать



Дмитрий Биленкин
СОЗДАН, ЧТОБЫ ЛЕТАТЬ
Здесь, в ущельях металлических гор, было темно, тихо и чуточку
страшно. То, что грохотало на стартах, пронизывало пространство,
опаляло камень дальних миров, теперь истлевало в молчании. Рухнувшими
балками отовсюду выпирали остовы давно списанных ракет. Выше, под
звездным небом, угадывались купола десантных ботов и косо торчали
башни мезонаторов. Пахло пылью, ржавчиной, остановившимся временем.
Под ногой что-то зазвенело, и мальчик отпрянул. Тотчас из груды
металла на гибком шарнире выдвинулся, слабо блеснув, глаз какого-то
кибера. И, следуя изначальной программе, уставился на мальчика.
- Брысь, - тихо оказал тот. - Скройся...
Глаз и не подумал исчезнуть. Он делал то, что обязан был делать,
что делал всегда на всех планетах: изучал объект и докладывал своему,
может быть, рассыпавшемуся мозгу о том, что видит.
Полужизнь. Вот чем все это было - полужизнью. Квантовой,
электронной, забытой, тлеющей, как огонь в пепле.
Мальчик не очень-то понимал, что его привело сюда. Всякая
отслужившая свое время техника неизъяснимо притягательна для
мальчишек. А уж космическая...
Но это не объясняло, почему он пришел сюда ночью. И почему не
зажег фонарик, который держал в руке.
Среди ребят об этом месте ходили разные слухи...
Проход загораживала сломанная клешня манипулятора. Мальчик
перелез, сделал шаг и заледенел от внезапного ужаса: в тупичке ровно,
таинственно и ярко горела огромная свеча.
Он что было сил зажмурился. Сердце прыгало где-то в горле, и от
его бешеных толчков по телу разливалась обморочная слабость.
Превозмогая страх, он чуточку разомкнул веки. И едва не закричал
при виде черного огарка и круглого, неподвижного в безветрии язычка
пламени.
Новый ужас, однако, длился недолго. А когда наваждение прошло и
мальчик разглядел, чем была эта "свеча", он чуть не разрыдался от
облегчения и стыда. Это же надо так ошибиться! В просвет тупичка
всего-навсего заглядывала полная луна, чей оранжевый диск по случайной
прихоти, как на подставку, сел на торец какой-то одиноко торчащей
балки, отчего в возбужденном сознании мальчика все тотчас приняло
облик таинственно горящей свечи.
Словно расправляясь со своим унизительным испугом, мальчик поднял
и зло швырнул в равнодушный лунный диск увесистую железку. Она влетела
в брешь и где-то там лязгнула о металл. Вокруг задребезжало эхо. Все
тотчас стало на свои места. Здесь было кладбище, огромное,
восхитительное, загадочное в ночи и все же обычное кладбище старых
кораблей и машин.
Мальчик зажег фонарик и уже спокойно повел лучом по земле, где в
засохшей грязи валялись обломки разбитых приборов и всякие непонятные
штуковины. Настолько непонятные, что невозможно было удержаться и не
поднять кое-что. Вскоре карманы мальчика оттопырились и потяжелели.
Но разве он шел за этим?
Он огибал одну груду за другой, а ничего не происходило. Не о чем
будет даже рассказать. Ведь не расскажешь о том, как ты испугался
луны. Или о том, как на тебя смотрел глаз кибера. Подумаешь, невидаль
- кибер...
Поодаль на земле что-то блеснуло как тусклое зеркало. Лужа
какой-то темной жидкости. На всякий случай мальчик потрогал браслет
радиометра. Конечно, перед отправкой в пустыню активное горючее
изымалось из двигателей. Но существует наведенная радиация, и
какой-нибудь контур охлаждения вполне мог дать течь. Браслет, однако,
был в полном порядке и тем не менее не подавал сигнала - значит, на
землю стекла смазка или что-нибудь в этом роде.
Эх! Из



Назад