a64408b1

Биленкин Дмитрий Александрович - Практика Воображения



Дмитрий Биленкин
Практика воображения
Темин проснулся легко, быстро, с чувством счастья. Лежа, отдернул полог
палатки и близко увидел травяные джунгли, зеленый мир с солнечными
прогалами, в которых радужно блестели росинки, темную чащу стеблей и на
ближнем - жука с фасеточными глазами марсианина.
- С добрым утром! - приветствовал его Темин. Слова качнули ветерок, жук
колыхнулся и неодобрительно повел усами.
Темин, сам не зная чему, радостно улыбнулся и выскочил из палатки.
- Наконец-то! - прогудел Игин. Круглые очки профессора укоризненно
блеснули. Голый по пояс и косматый, держа в руке нож, он восседал перед
плоским камнем, на котором был аппетитно разложен завтрак. Розовую спину
профессора окуривал дымок полупотухшего костра.
Темин легко сбежал к берегу, в лицо ему плеснулось отраженное гладью
солнце. От босых ног врассыпную брызнули мальки. Холодок воды чулком
стянул икры.
- Знаешь, чего в такое утро недостает? - крикнул Темин. - Полетать
перед завтраком. Просто так, без ничего. Жаль, что это невозможно.
- То есть как невозможно?! - Темин не видел профессора, но знал, что и
очки его, и руки, а если в руке был нож, то, значит, и нож пришли в
движение. - Полетаем без ничего, очень даже полетаем!
- Силой мысли, что ли? - Темин плеснул воду на уже нагретые солнцем
плечи и блаженно поежился.
- Именно так! Ключ ко всем сокровищницам - мысль. Это Бальзак, читать
надо классиков! Представь у себя за плечами шарик вроде детского...
- С водородом? Не потянет.
- Классический пример инерции мысли! - донеслось сзади. - Почему
водород? Возможен куда более легкий газ. Протон и электрон - вот что такое
атом водорода. Протон - тяжелая частица, так заменим ее! Построим газ из
менее массивных. Мюонный газ, а? Чувствуешь, какая будет подъемная сила!
Ого-го!
- Все равно не потянет. Закон Архимеда!
- А крылья, крылышки на что? Наших мускульных усилий чуть-чуть не
хватает, чтобы свободно парить на крыльях. Нужна подъемная сила. Тогда
полетаем!
- Да будет так, - благосклонно согласился Темин.
В два прыжка он достиг каменного стола с выбитыми на нем полустертыми
рунами (на этой плите не иначе как трапезовали варяги) и принялся уплетать
завтрак.
Третий день они стояли на берегу укромного лесного озера, где все было
наслаждением - еда, солнце, рыбалка, шум сосен, само дыхание, наконец. Как
это, оказывается, замечательно - дышать! Или валяться в траве. Ходить
босиком. Пить родниковую воду. Подставлять тело солнцу. Удовольствия
каменного века, черт побери, не жаль ради них машину, которая прошла сюда,
как танк, и теперь стоит, отчужденно глядя на все белесыми фарами.
Зорьку они проспали, ну да ладно. Их уже сжигало нетерпение. К счастью,
сполоснуть кружки и протереть миски песком было делом нескольких минут.
- Проклятье... - беззлобно выругался Темин. Сталкивая лодку, он
оступился и нога ушла в вязкий ил. - Почему нам так неприятна эта жижа? -
сказал он. - Герр профессор, нет ли у вас случайно гипотезы и на сей счет?
- Есть, - отозвался Игин. Он сидел на корме и рассеянно улыбался. - В
нас живет память тех существ, которые триста с лишним миллионов лет назад
выбирались из моря на сушу. Бедняги столько раз задыхались на топких
берегах, что эти муки запечатлелись в генотипе потомков...
- Ну, знаешь! - Темин налег на весла. - Обычное объяснение, по-моему,
куда справедливей. Мы не любим топь, потому что в ней опасность. Поражаюсь
твоей способности превращать очевидное в тайну и простое объяснение
подменять неве



Назад