a64408b1

Биленкин Дмитрий Александрович - Появление Жирафы



Дмитрий Биленкин
Появление жирафы
Заслонка пошла вниз, на лабораторию глянуло розовое око муфельной печи.
Свод и стенки камеры светились; ворвавшиеся пылинки высекали из них искры.
Валя бережно подхватил щипцами фарфоровый тигель, внес его в печь и
осторожно утвердил в ячейке. Среди жаркого сияния накаленных стен снежная
белизна хлопьев, лежащих в тигле, казалась противоестественной.
- Все стряпаете?
Валя обернулся. Сергей стоял, покачиваясь на носках, подтянутый, весь -
от сияющих глянцем ботинок до победной стрелочки галстука - аккуратный.
Валя невольно бросил взгляд на свой халат - прожженный, с оторванной
пуговицей, вполне заслуженный халат молодого химика. И в душе пожелал,
чтобы Сергей побыстрее убирался. До прихода Светки желательно.
Он что-то пробурчал в ответ.
- Мощная аппаратура, - все также иронически-насмешливо протянул Сергей,
поглаживая бок муфельной печи. - Вполне современная конструкция из
металла, шамотного кирпича и ручки-манипулятора.
Валя поспешно щелкнул заслонкой. Розовое око погасло.
- Между прочим, мы синтезировали новое соединение.
- Да-а?
Валя слишком поздно сообразил, что так отвечать не следовало. Сергей
бесил его своей небрежно-самоуверенной манерой разговора, которая так
сочеталась с обаятельнейшей улыбкой, что любые попытки отбрить насмешника
выглядели грубо и неловко. Валя это понимал и малодушно стушевывался перед
этим напором иронии и самовлюбленности с тех самых пор, когда Сергей нежно
пропел ему в коридоре: "Все химики ноль, только физики соль", и в ответ на
его взбешенную реплику лишь удивленно повел бровями. "Вот, мол, чудак,
шуток не понимает..." Окружающие покатились с хохоту. Да, тот, кто злится
и теряет самообладание, всегда не прав.
- Гений! Бойль-Мариотт!
Сергей схватил Валину руку и потряс ее. Затем поправил стрелочку
галстука и, прищурясь, оглядел лабораторию. Что говорить, вид неказистый.
Потемневшее стекло змеевиков, кишки резиновых трубок, под тягой булькает
мутная вонючая жидкость, на столах хаос и невытертые лужицы. "Ну, Светка,
- пообещал Валя, - ох, и выдам же я тебе за грязь!"
- Так, новое вещество, значит, синтезировали, - кротко сказал Сергей. -
Вы, химики, плодовиты, как мыши. Говорят, если теперь дипломант не
представит какого-нибудь нового соединения, то комиссия смотрит на него
как на недочеловека. Правда или треп?
- Треп.
- Я так и думал. И чем замечательно твое открытие?
- Это не открытие...
- Не скромничай, не скромничай. Знаем мы вас, тихонь. Сидите
кашеварите, вонь разводите, а потом бух, трах - шум в газетах! "Молодой
талантливый ученый Валентин Мороз получил новый препарат, одна крупинка
которого убивает всех клопов в радиусе ста километров!"
Валю передернуло.
- Можно подумать, будто ты сам что-то свершил...
Сергей перестал улыбаться. Изящно смахнул со стола мокрые комочки
фильтровальной бумаги, отодвинул газовую горелку и сел, скрестив ноги.
- Нет, старина, ничего я пока не свершил. Ни-че-го!
- Приятно слышать самокритику...
- Эх, Валюша, Валюша, я серьезно... Тебе не осточертела эта жизнь?
Сидишь копаешься, словно крот... А небось и тебя манило летать орлом.
Знаешь, как в сказке об Иванушке-дурачке: лежал Иванушка на печи, то бишь
на муфеле, и вдруг узрел он чудо чудное, диво дивное...
- Что ты хочешь этим сказать?
- Да так, ничего. Заедает серость буден, вот и захотелось отвести
душу...
- Отвел?
- Разве с тобой отведешь? Ты еж-трудяга. Зарылся в мокрые
фильтровальные листья - и ш-шу... А попробуй тебя вытащи



Назад