a64408b1

Биленкин Дмитрий Александрович - Если Знать



Дмитрий БИЛЕНКИН
ЕСЛИ ЗНАТЬ
Дан Ропет Арм, двузвездный генерал, широко расставив крепкие ноги,
стоял перед картой мира. Твердая воля, везение счастливчика, талант и
жестокое честолюбие смотрели на крошечную страну, видя красные стрелы
ударов, нацеленные в ее маленькое сердце.
Его план был прекрасен, и потому генерала не беспокоило совещание
девятью этажами выше. Высокое совещание в буквальном и переносном смысле,
и оно решит так, как должно решить. В планируемой кампании был немалый
риск ввязаться в затяжную воину партизанских стычек. Риск отпугивал
бездарных соперников, зато генералу он давал сказочный шанс выдвинуться.
Он победит за неделю, будьте спокойны, если, конечно, план примут и
его назначат командующим.
Назначат. Иначе бы эта лиса, начальник объединенного штаба, не
намекал насчет выпивки сегодня вечером. Впрочем, здесь не надо быть
пророком. Стратеги одобрили выбор и руководители генштаба тоже, а
политикам все равно лучшего человека, чем он, не найти. Генерал Дан Арм -
главнокомандующий. Красиво звучит, черт возьми!
На столике вкрадчиво мурлыкнул телефон. Генерал круто повернулся
через плечо. Свет люминесцентных ламп холодно замерцал на серебристых
звездочках погон.
- Генерал Дан Арм слушает!
- Говорит начальник объединенного штаба. Министр приказывает вам...
"Явиться на совещание", - Дан Арм предвосхитил окончание фразы и
плотней прижал трубку к уху.
- Явиться к генералу Локку. Поскольку совещанием вы подчинены ему на
время операции, он хочет выслушать ваши соображения немедленно.
- Слушаюсь! - машинально ответил Дан Арм.
- Старина, мне очень неприятно, - голос начальника штаба утратил
официальность, - но, как видишь, пить за твой счет мне не придется...
- Да, понимаю.
Неправда. Дан Арм еще ничего не понимал. Просто ему показалось, что в
кабинете стало душно.
- Подожди. - Смысл наконец дошел до сознания. - К кому явиться? Я не
расслышал.
- К Локку. Ну к нашему маленькому "Наполеону". Да вы не рас...
- Ясно. - Дан Арм поспешно придавил рычаг.
Невидящим взглядом он долго смотрел на телефон, словно тот обязан был
зазвонить снова и на этот раз по-настоящему.
Телефон молчал.
Локк!
Генерал дернулся, как если бы ему под нос ткнули крысу. Локк был
выскочкой уже потому, что был моложе Дан Арма на десять лет, а находился в
одном с ним чине. Локк был своенравным и потому неприятным типом. Локк был
бездарью... потому что был выскочкой и наглецом. И он - командующий! Вор,
укравший его, Дан Арма, операцию, - командующий?! Неслыханно, невероятно,
невозможно!
Дан Арм сел и сидел целых десять минут, ошеломленно переваривая
несправедливость и собираясь с мыслями. И пусть этот выскочка не
воображает, что Дан Арм тотчас побежит к нему на цыпочках!
Коридоры министерства были так длинны, что казались бесконечными.
Гофрированный алюминий потолка, серый пластик пола, глянцевая и тоже серая
окраска стен - не архитектура, а окаменевшее уныние.
Генерал прошел коридором в туалет, чтобы оглядеть себя в зеркало. Не
так плохо. Сумрачное, но спокойное лицо. Стальной блеск глаз. В уголках
губ - презрение. Не без горечи, правда. Дан Арм попробовал устранить этот
ненужный при встрече с "Наполеоном" оттенок и остался доволен результатом.
Он снова ощутил в себе тугую пружину воли. Виной всему, конечно,
интриги. Кто-то нахально протаскивает "Наполеона". Чересчур нахально -
такому внезапному повороту событий еще не было примера. Нарушение всех
традиций! Ладно, своеволие политиков оскорбит не только его. П



Назад